Srs Sirius (siriussrs) wrote,
Srs Sirius
siriussrs

Categories:

Гусские своих не бросают (белоэмиграция)

Сейчас с этой пропагандистской фразной-насмешкой все вроде бы понятно. Если о тебе вспомнило государство или общественная организация - беги, Ванюша, беги.

"Русские не улыбаются" (С). "Русские не образуют диаспор" (С). Просто факт, причины известны.

Говорят, это отличительная черта советских, последствие страшных социальных экспериментов, рабского положения в тоталитарном обществе, атмосферы тотального доносительства на протяжении нескольких поколений, отрицательной селекции в СССР. Все это имело месть быть и не могло не сказаться на менталитете.

Но на ровном месте ли все это возникло? Если взять примеры эмигрантских организаций, не успевших заразиться большевистским менталитетом... то можно обнаружить признаки все того же. kosarex недавно обсуждал 20-30-е годы, когда СССР вел террористическую деятельность в отношении русских организаций в Европе.

Здесь же кристально чистый пример. Первая волна эмиграции, белоофицеры. У большевиков еще нет никаких структур для внешних операций. Есть комитерн, но он немного не про русских, русские как "меньшевики" оттуда устранены, физически. Речь идет сугубо о русской/царской аристократии за границей.

Итак, генерал Иван Тимофеевич Беляев. "Записки русского изгнанника". Буэнос-Айрес, Аргентина, 1924 год. "Прекрасно все", каждое предложение:

Едва мы успели подняться, как нас догнал muchacho: «Она просит вас зайти завтра в два часа, одного».

— Я не была больна! Но я не скрою от вас, я получила о вас очень, очень дурные известия.

— Какие?

— Ваш «посланник» был здесь, разговаривал с заведующим отелем (он немец, и они большие друзья). Он говорит, что вы шарлатан, обманщик и даже вовсе не русский генерал.

— Взгляните на эту бумагу. Это перевод с моих документов. А подпись и печать E.de Stein, Legasion Rusa… А частица «о» принята им для того, чтоб перевести ее потом по-немецки «von» и из еврея Штейна стать дворянином и аристократом.

Кто же из нас двоих impostor, embustero и даже не русский дворянин?

— Ужасно!.. Значит, и тут вы не преувеличили ничего… Кругом обман… Постойте, стучат…

— Генерал, вы здесь?

В дверях молоденькая дамочка, с которой я познакомился у Бобровских. Она француженка, жена русского.

— А вы знаете его? Почему же вы уверяли меня, что никогда его не видали? Пойдемте, пойдемте, наши уроки кончились, я уезжаю… Генерал, я завтра пришлю вам muchacho с приглашением для вас и вашей супруги.

— Какая паутина!.. Какая мерзость! — твердила Крошка. — Садитесь, садитесь за стол… Я совершенно вне себя, я не могла предполагать ничего подобного! Она мне призналась во всем… Ее подговорили убедить меня, что этот Бобровский, настоящий русский генерал, и его красавица-жена убивают себя непосильным трудом, а что вы — шарлатан и обманщик, эксплуатирующий женщин с определенными целями… Я прогнала ее прочь. Я ведь сама прошла весь этот ужас. Меня заключили в монастырь, украли мое имя и хотели присвоить себе мое наследство. Мне удалось спастись и вернуть себе все, но теперь я не верю больше людям. Я помогаю всем, кого вижу в беде, хотела помочь и этой мерзавке — но отдергиваю руку, так как знаю, что мне откусят палец. Но я не думала, что и русские тоже…

— Какие это русские! Разве эти оборотни garoux заслуживают нашего имени? Подождите, дайте мне укорениться, я покажу им, что такое русский!


Эмиграция и старожилы

Несмотря на явно враждебное отношение вначале, мало-помалу я стал входить в жизнь русских старожилов Буэнос-Айреса. Но даже и теперь в основе всех приглашений и разговоров лежало одно: желание отделаться от меня в той или другой форме.

Нас стали приглашать к Изразцовым, где мне сразу же стало понятным их отрицательное отношение к приезжим. Вскоре после эвакуации Крыма здесь появилось несколько молодых «белогвардейцев», которых они приняли и кормили первое время. Эти люди держали себя по-хамски: по словам Изразцова, однажды они швырнули ему в лицо котлеты, которые им успели надоесть за их долгое пребывание. Позднее я узнал нечто худшее: пользуясь отсутствием хозяина, они уговорили младшего сынишку продать длинный ковер, украшавший коридор, и деньги прокутили в доме терпимости.

— Слушайте, батюшка! Генерал говорит, что тридцать тысяч белогвардейцев Крымской эвакуации явятся сюда в поисках куска хлеба, — говорила одна из посетительниц. — Они явятся сюда в лохмотьях и обмотках и будут требовать себе работы… Да разве мы допустим это?

В следующий раз Изразцов встретил меня словами:

— В газетах промелькнуло сведение, что две тысячи беженцев погрузились в Варне в Буэнос-Айрес. Я тотчас одел свою лиловую рясу и поехал к президенту Альвеару. Консул, давший им визу, уже сменен, а виза аннулирована.

Несчастные были отправлены в Одессу, где их расстреляли. Крошка показала мне это известие в газетах.

— Это все едут сюда большевики… Они везут нам заразу…

В глубине всего было другое: опасение за свое привилегированное положение.

Мне позвонили по телефону из богатого русского отеля. Я поехал туда. Отелем заведовали две сестры, симпатичные пожилые дамы. Старшая пригласила меня в свою приемную.

— Генерал, вам предлагают прекрасное место. Здесь есть шведская компания, которая занимается рыбной ловлей… Тут, неподалеку. Эти шведы — симпатичные, культурные люди, большие джентльмены. У них там, на этих островках, есть все, даже теннис. Ехать надо по контракту на год.

— А жена?

— Ей матушка уже нашла работу у одного знакомого доктора-сирийца. Ведь она была сестрой милосердия?

— Благодарю. Я наведу справки.

… Жена вернулась от доктора со слезами на глазах:

— Мерзавец! Он сразу дал мне понять, что нуждается в любовнице. А как твои «рыбки»?

— Я предложил Изразцову ехать туда самому. Это китоловные промыслы на островах Св. Георгия, за полярным кругом. Все это — камень вместо хлеба и змея вместо рыбы.

В отеле нас дожидался Крамаренко.

— У меня новая неприятность: меня уволили!

— Почему?

— Это очень богатая, аристократическая семья. Меня пригласили в качестве «мукамы» — лакея. Я должен был подавать во время обеда. У них интересная дочь. Сегодня меня вызывает хозяин и говорит: «Всякий раз, когда вы подаете дочери, она краснеет, и вы тоже. Вот ваш расчет».

— А Изразцовы?

Они мне отказали. Говорят, раз я служил лакеем, они не могут держать меня у себя. Послали к вам попытаться устроиться через вас в Эмигрантском доме. Portero меня пропускает, он знает, что я хожу к вам.

— Что же? Оставайтесь наверху с Хизыром и Юсуфом, а к нам приходите обедать, хватит на троих.

Хизыра Изразцов устроил к сербскому консулу, а Юсуфа берет мукамой матушка.

— Вам придется искать места… Попробуйте через Армию Спасения. В Армии Спасения Крамаренку приняли немедленно. Заведующим отделом оказался индеец Кечуа, с которым мы сердечно разговорились. Через две недели он нашел ему приличную работу в Торговом доме.

Из всей семьи Изразцовых самым симпатичным оказался сын его, Сергей.

Крошка потребовала, чтоб я прошел курс испанского языка в школе Берлица, а С.К.Изразцов познакомил меня с бывшим русским консулом, который помог мне перевести приготовленную мной статью о русской революции. Он оказался неплохим человеком, стал приглашать нас с Алей к обеду.

— По пятницам я угощаю заезжих артистов и артисток, потом мы играем в четыре руки, иногда они поют. Прочих русских я не хочу знать, пусть идут к Штейну. А я даже не русский, моя мать немка!..

Чудак даже расписывался «фон Пташник». Через несколько месяцев к нему приехал бывший офицер Конно-горного дивизиона штабс-капитан Пташников — и смех и грех!

Парагвайский сфинкс

Едва ли не с первого дня моего прибытия (8 марта 1924 г.) на меня обрушилась целая буря самых яростных нападений со всех сторон.

Не щадили меня ни левые («ПМ»), ни правые («Вера и верность»). Обвинения сыпались даже от бывших моих соратников — белых, в том, что я совращаю верных им чинов, и со стороны врагов русской национальности, проклинавших Парагвай. Ожесточеннее всех набрасывались устроенные мною здесь, наполнявшие газеты и воздух воплями и распространявшие по моему адресу самые противоречивые нелепости.

Причиной всему было мое искреннее обращение ко всем русским за границей, в котором, предвидя ожидающий их кровавый кошмар, я указывал путь к спасению в Новом Свете, единственной стране, которая желала русской эмиграции и выразила это в конкретной форме, разрешив мне выписать на казенные места русских в Парагвай.

"Найдите 10 отличий" от Брайтона или ситуации с беженцами с Донбасса - жертвами российских интриг, которых так же отправляют назад под репрессии. Я не нашел.

Русские (советских еще не вывели) занимаются исключительно "русским бизнесом" - топят русских любыми способами, вплоть до подводов под массовый расстрел. Не имея с этого прямой материальной выгоды, идеи ради. Админресурсом, кляузами местным властям, мошенническими предложениями на пользу других нацменских диаспор, подкладыванием подруг под арабов, трудоустраивают Юсуфов и Хизыров. Даже ранний "наташизм" детектед...

С работой у русских получается, когда они перестают верить обещаниям "своих" и начинают искать у индейцев (у которых в Аргентине у самих  статус как у индейцев). Принцип успешной гусской эмиграции ("общайся, но не заводи дел с другими гусскими") - работает железно.

А как вам глубокие исторические традиции российского/советского МИДа, по сливу своих соотечественников и глубокому к ним презрению?

Tags: Россия, апартеид, идеология, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 63 comments